ПОГОВОРИМ
Этот проект разворачивается как диалог — с телом, хранящим память, и с разумом. В этом диалоге слышны голоса предков, и проступает карта памяти.
Через фигуру-двойника художник проживает то, что было запрещено и открываю пространство для зрителя, где он может встретить и свои собственные ощущения.
В этой работе внимание сосредоточено на частично абстрактных танцующих фигурах, через которые художник передаёт эмоции и состояния бессознательного. Этот триптих, как и другие в этом проекте, напоминает архетипический хоровод. Но если в традиционных хороводах поддержка шла через общность, здесь фигуры опираются только на себя и замкнуты сами на себе. Художник вступает с нами в диалог, поднимая тему частичной обособленности и внутренней отстранённости человека в современном мире.
В этой работе художник обращается к теме искажения телесного восприятия — состоянию, при котором тело частично “отключает” чувствительность как способ защиты от длительного напряжения или боли.
Форма, выполненная из бамбуковой пряжи, отсылает к телесному опыту — способности чувствовать, осознавать и удерживать контакт с собственным телом. Нити образуют оболочку, одновременно защищающую и ограничивающую.
Изображение рук на холсте выделено как “болевой узел” — точка концентрации ощущений, где чувствительность, наоборот, обостряется.
Эта работа исследует память и телесный опыт через фрагменты человеческого тела. Художник превращает холст в «частный объект», где отдельные части тела словно вынесены в поле видимого. Отстранённость фрагментов отражает разрывы и переживания, которые остаются с нами. Магниты, удерживающие силуэты, становятся метафорой прошлых событий, которые формируют нас, одновременно поддерживая и ограничивая. Работа создаёт пространство для личного сопереживания и встречи с собственными ощущениями.
Интересно, что в русской культуре считали: чем твёрже материал, тем он «живее». Здесь керамика оказывается более «живой», чем холст. Но важно, что глина возвращается в землю и выходит из неё снова, словно проходит через царство мёртвых — и этот цикл придаёт материалу особую плотность и смысл.
Если раньше элементы русского культурного кода появлялись в работах скорее интуитивно, теперь художник включают их сознательно, как исследование и переосмысление традиции. Эти работы показывают, как память, материал и культура могут встречаться в одном объекте.
Ребёнок развивается поэтапно: сначала формируется рептильный мозг (биологическое выживание и телесные функции), затем лимбическая система, к 7 годам — неокортекс. В первый год жизни всё, что происходит с ребёнком и вокруг него, бессознательно «записывается» в рептильный мозг как стимул-реакция. Качество контакта с матерью или заменяющей её фигурой формирует базовое восприятие себя и тела. Психотравмы этого периода могут проявляться во взрослом возрасте как искажения телесного самовосприятия («я некрасивый», «не чувствую своё тело» и др.). Рептильный мозг фиксирует всю информацию, связанную с травмой, чтобы избегать подобного опыта, что приводит к бессознательному выборочному восприятию реальности.
